Рубрики
публикации

О христианском отношении к смерти

Источник

Проповедь епископа Сильвестра (Стойчева) в Неделю 18-ю по Пятидесятнице.

11 После сего Иисус пошел в город, называемый Наин; и с Ним шли многие из учеников Его и множество народа. 12 Когда же Он приблизился к городским воротам, тут выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова; и много народа шло с нею из города. 13 Увидев ее, Господь сжалился над нею и сказал ей: не плачь. 14 И, подойдя, прикоснулся к одру; несшие остановились, и Он сказал: юноша! тебе говорю, встань! 15 Мертвый, поднявшись, сел и стал говорить; и отдал его Иисус матери его. 16 И всех объял страх, и славили Бога, говоря: великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой.

Евангелие от Луки 7 глава 11-16 стихи

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа!

Человек смертен. Каждый из нас знает это с самого начала нашей жизни. Все вокруг подлежит смерти. Разнообразные религиозные культуры оценивали смерть по-разному. Кто-то видел в этом разрешение от грубой телесности, кто-то — пробуждение, и даже освобождение. Но библейское восприятие смерти совершенно иное — «Бог не сотворил смерти» (Прем. 1:13), говорит Священное Писание. Бог создал жизнь. И смерть, как противоположность жизни, не вышла из рук Создателя. Более того, апостол Павел говорит, что смерть — это последний враг (1 Кор. 15:26). Последний, значит — самый могущественный, самый сильный, которого труднее всего победить. Откуда же взялся столь всесильный враг? Священное Писание говорит: «как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков» (Рим. 5:12). Не вдаваясь в толкование этого апостольского текста, лишь вспомним, братья и сестры, что по учению Церкви, совершенный прародителями нашими Адамом и Евой грех, привел к смертности их и всех их потомков. Прп. Максим Исповедник поясняет: «через одного человека, добровольно отвратившего свое произволение от блага, естество всех людей изменилось из нетления в тление». А это тление, в конечном итоге, приводит к смерти как распаду. Прп. Иоанн Дамаскин опередят смерть как «отделение души от тела». Таким образом, сами того не выбирая и не желая, все мы рождаемся с природой смертной, а смерть, по святоотеческому определению, есть разлучение души и тела.

Все люди привыкли к тому, что смертны. Все знают об этом. Но каждый раз, когда мы видим смерть, мы содрогаемся. Православный чин отпевания содержит такие слова, выражающие весь ужас и противоестественность смерти первоначальному замыслу Творца: «Плачу и рыдаю, егда помышляю смерть, и вижду во гробех лежащую по образу Божию созданную нашу красоту, безобразну, и безславну, не имущу вида». Но есть смерти, которые разрывают даже наше привычное отношение к смерти. Смерть молодых, смерть ребенка. Сегодняшнее Евангелие рассказывает о такой смерти: «единственного сына у матери» (Лк. 7:12). А она, уточняет Евангелист, «была вдова» (Лк. 7:12). Вдова… В Священном Писании не однократно говорится о незащищенности вдов, и что обида вдовы — это мерзкий грех. Вдова на востоке две тысячи лет назад… Какая у нее надежда? Какая у нее опора в старости? В старости, в которой нет ни пенсий, ни пособий — ничего нет. Только одна надежда на достойную старость — ее дети. И вот тут, наинская вдова теряет своего ребенка. Единственного ребенка.

Уже говорилось, что смерть — это разлучение души и тела, разрывание глубочайшей связи между душой и телом. Но давайте вспомним, что есть связи между людьми такой же, или практически такой же, силы и крепости как связь между душой и телом. Родители и дети, муж и жена, о которых Писание даже говорит, что «и будут одна плоть» (Быт. 2:24), братья и сестры. Это не просто родственные или социальные связи — это одно из крепчайших оснований нашей жизни. Часто мы сами себя определяем через эти связи: сын такой-то, дочь такого-то, его брат или сестра. Как привычны нам такие указания, что мы даже не задумываемся, что это связи, позволяющие нам реализоваться в любви, послушании, заботе. И вот когда такая связь разрывается — мы как бы сами умираем. Потому так тяжело нам переживать сметь родных и близких, даже тогда, когда они бывают уже очень пожилыми. В смерти родного нам человека уже притаилась наша собственная смерть.

Наинская вдова. Что она чувствовала, о чем были ее мысли в момент погребения смерти ее единственного сына. Даже проститься с ним, сидя у мертвого тела, она не могла. Ведь иудейская традиция предписывала погребать умершего в день его смерти. Почему Господь допустил такое? Мы можем задавать этот вопрос много раз, мы можем искать множество ответов. Богословски правильных и убедительных. Но только до тех пор, пока не увидим мать, плачущую на похоронах своего ребенка. Тогда всякие даже самые мудрые ответы слетят как опавшие листья, обнажив и показав без прикрас человеческое горе. Что остается тогда? Говорить нелепицы о несправедливости Бога? Или, наоборот, создавать иезуитские хитросплетения, оправдывающие Его? Нет, братья и сестры, тогда нужно просто верить. Потому что вера признает существование тайны. Тайны жизни и тайны смерти.

Итак, Христос, подойдя к городку под названием Наин, увидел многочисленную похоронную процессию. Хоронили юношу, единственного сына вдовы. И Спаситель наш, видя горе матери, воскрешает ее сына из мертвых. Несколько раз евангелисты повествуют о воскрешении умерших и это один из случаев, когда Господь воскресил умершего, которого уже несли на погребение.

В данной истории привлекает внимание отсутствие просьбы со стороны кого-либо совершить чудо. Когда Господь воскресил умершую дочь начальника синагоги, отец просил за свою дочь (Лк. 8:41-42, 49-56), или иные чудеса, когда Господь совершает их по просьбе людей. Но в данном случае не сказано о том, что мать умершего мальчика просит Христа. Инициатором чуда является Сам Господь. Любовь не требует просьбы, любовь всегда ищет возможности проявить себя, а Господь есть Любовь (1 Ин. 4:8). Поэтому Господь, видя страдание этой женщины, без всякой просьбы с ее стороны, Сам проявляет инициативу, поскольку «сжалился над нею и сказал ей: не плачь» (Лк.7:13).

Воскрешение этого юноши связано со страданием его матери. Кому как ни Господу знать отношение сына и матери. Разве Господь наш Иисус Христос не знал, что Он будет распят на кресте, и разве Он не знал, как будет страдать Его Мама — Пресвятая Дева Мария!? Безусловно знал! И, как знающий о тех страданиях, которые будет испытывать Его Мать, Господь в чувстве сострадания к матери, потерявшей ребенка, совершает чудо. Господь, как говорится в тексте, «прикоснулся к одру; несшие остановились» (Лк. 7:14). Это прикосновение к одру очень важная деталь. Для ветхозаветного иудейского сознания, все что связано с умершими — нечисто (ср. Чис. 19:11). Речь идет о так называемой ритуальной нечистоте. И прикосновение Господа показывает, что Его учение, Новый Завет — выше всех этих «не делай», «не прикасайся», «будешь осквернен». Его учение — не очередная система запретов, но явленная любовь: «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1Ин. 4:16).

Наверное, все помнят, что традиция погребения того времени предполагала не наличие закрывающегося гроба, как это принято у нас. Но когда человек умирал, его заматывали в специальные пелены, и клали на подобие носилок. И, соответственно, когда несли мертвого, то все видели, что несут умершего человека. И вот, когда Христос говорит: «Юноша! Тебе говорю, встань!» (Лк. 7:14), воскресший в ту же секунду просто встает с этого погребального одра, как если бы встал с ложа. Можем представить какой благоговейный ужас охватил людей, увидевших как замотанный в пелены еще секунду назад покойник, поднимается по велению Иисуса Христа! Сколько радости, сколько переживания, одновременно непонимания и веры охватило всех участников процессии, восклицавших: «великий пророк восстал между нами, и Бог посетил народ Свой» (Лк. 7:16). Эти слова — не просто прославление Христа как Чудотворца. В книге Второзакония Бог, обращаясь к пророку Моисею, говорит о грядущем Мессии: «Я воздвигну им Пророка из среды братьев их, такого как ты, и вложу слова Мои в уста Его, и Он будет говорить им все, что Я повелю Ему» (Втор. 18:18). Значит, когда о Христе говорят как о великом Пророке, то соотносят с предсказаниями Моисея. Чудо воскрешения сына вдовы из Наина является истинным утверждением о приходе Мессии, которого предсказывал пророк Моисей.

Сказано: «и отдал его Иисус матери его» (Лк. 7:15). Удивительные, прекрасные слова. Не просто воскресил, но отдал матери. Ради ее слез Христос совершил это чудо, и потому отдает ей, несчастной вдове, ее самое большое сокровище — единственного сына.

Услышав нынешнее евангельское чтение, многие их нас подумают и спросят: разве теперь люди перестали умирать? Разве не умирают молодые? Разве не остаются сироты и одинокие родители? Да, братья и сестры, смерть продолжает действовать. И хотя воскресением Христа, говорит свт. Иоанн Златоуст, «ее сила и ныне упразднена, но действие прекратится тогда», когда будет Второе пришествие и воскресение всех умерших. Однако смерть до Воскресения Христа — это только печаль, только ужас. Но после Его Славного Воскресения смерть утрачивает свою силу и, хотя она далее разлучает душу и тело и нас друг с другом, однако она уже не в силах разлучить нас с Богом. Потому святой апостол Павел восклицает: «Смерть! где твое жало?» (1Кор. 15:55) и он же говорит: «Ибо для меня жизнь — Христос, и смерть — приобретение» (Фил.1:21).

Да, братья и сестры, увы, люди продолжают умирать, мы продолжаем плакать. Но мы твердо верим, что умершие со Христом — живее тех, кто еще остался на земле в теле, а без Христа душа их в агонии смерти духовной. Мы же, православные христиане, поминаем наших умерших как живых, ибо помним слова апостольские «Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним» (Рим. 6:8) победителем смерти, Которому слава, честь и поклонение во веки веков! Аминь!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *